ВСУ разобрался в нюансах применения мер обеспечения иска

Собственник не может быть ограничен в праве пользования своим имуществом из-за наличия иска о признании арендного соглашения относительно этого имущества недействительным! Такое решение было принято ВСУ 21.11.2018 по итогам разбирательства по делу №752/6255/18.

Ранее! В суд с иском о признании договора аренды недействительным по основаниям, предусмотренным положениями 229 и 230 статей ГКУ обратился арендатор. Кроме того, он попросил взыскать с арендодателя затраты на ремонт, арендные платежи и моральный вред.

Чуть позже заявитель ходатайствовал в суде также об обеспечении иска, он попросил, во-первых, арестовать арендуемое им помещение и, во-вторых, запретить арендодателю пользоваться и распоряжаться спорным объектом до завершения судебного рассмотрения дела либо до окончания срока действия арендного договора.

Суд первой инстанции и апелляция иск арендатора удовлетворили:

• на помещение наложили арест;
• собственнику запретили пользоваться и распоряжаться имуществом до обозначенного выше события (срока).

Мотивировали суды решение тем, что если этого не сделать, то усложнится или будет невозможным взыскание в случае принятия решения в пользу истца.

Владелец имущества посчитал решение неправомерным!

«Он обжаловал его в ВСУ! Указал на то, что наличие иска о признании договора недействительным, не может быть достаточным основанием для применения таких мер. Налицо факт нарушения норм процессуального законодательства, поскольку суды предыдущих инстанций не мотивировали должным образом свой вывод относительно наличия оснований для применения мер по обеспечению иска».

ВСУ жалобу удовлетворил, выяснив следующее…

В анализируемом деле суды предыдущих инстанций приняли решение о целесообразности применения мер по обеспечению иска (наложении ареста) с ограничением пользования, опираясь на общие нормы процессуального законодательства, фактически безосновательно предполагая возможность неисполнения возможного решения суда, они:

• не оценили обоснованности доводов заявителя;
• не выяснили размерности вида обеспечения;
• не оценили равноценность мер обеспечения;
• не аргументировали необходимость их применения.

Можно сказать, что арест и запрет были наложены и применены по просьбе заявителя!

Также суды, по непонятным причинам, не ответили на вопрос, каким именно образом, принятое в пользу истца вероятное решение о признании недействительности арендного соглашения, повлияет на права и обязанности арендодателя, как собственника.

ВСУ отметил очевидность того факта, что наличие иска относительно договорного обязательства, не может быть поводом для удовлетворения требования о наложении ареста на имущество и для ограничения на распоряжение им полноправным собственником.

Изначальное судебное решение было бы справедливым, если бы оспаривалось право собственности на имущество, а не действительность договора аренды!

Дело рассматривалось не по существу, очевидно, что решение принималось на базе потенциального предположения, а юридический анализ договора, который должен был прояснить основания для признания его недействительности/действительности, так и не был судом проведен!