Международное перемещение ребенка становится особенно сложным юридическим спором, когда один из родителей вывозит его в другое государство без согласия второго либо после согласованной временной поездки отказывается возвращать. В такой ситуации недостаточно решить, с кем из родителей ребенку лучше проживать. Сначала необходимо установить, где находилось его обычное место жительства, было ли перемещение или последующее удержание неправомерным и какой именно международный механизм можно использовать для возврата.
Для значительной части таких дел основным механизмом является Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 года. Ее задача состоит не в том, чтобы определить, с кем ребенок должен жить в дальнейшем, а в обеспечении его быстрого возврата в государство предыдущего обычного места жительства, если ребенка переместили или удерживают с нарушением прав опеки.
Однако Конвенция применяется не к каждому трансграничному семейному спору. Если она действует между Украиной и государством, где находится ребенок, запускается специальная международная процедура с участием центральных органов и компетентного суда либо иного органа государства нахождения ребенка. Если же Конвенция в отношениях между двумя государствами не применяется, правовой маршрут строится иначе — через другие международные договоры, правила международной юрисдикции, национальные семейные процедуры, а при наличии судебного решения — через его признание и исполнение за границей.
Когда перемещение ребенка за границу является неправомерным
В контексте Гаагской конвенции термин «международное похищение ребенка» имеет гражданско-правовое значение. Он не означает, что в каждой подобной ситуации один из родителей совершил уголовное преступление.
Для применения Конвенции необходимо установить, что непосредственно перед перемещением или удержанием ребенок имел обычное место жительства в одном государстве, а действия другого родителя нарушили права опеки, которые реально осуществлялись либо осуществлялись бы, если бы ребенка не переместили.
Неправомерным может быть уже сам выезд. Например, один из родителей в одностороннем порядке меняет страну проживания ребенка вопреки правам второго.
Но очень часто проблема возникает иначе. Ребенок законно выезжает за границу на каникулы, лечение или на определенный согласованный срок, однако после его окончания один из родителей сообщает, что возвращать ребенка не будет. В таком случае неправомерным может оказаться не первоначальный выезд, а последующее удержание ребенка за границей.
Поэтому в международном споре необходимо восстановить хронологию: на что именно было дано согласие, на какой срок, согласовывалась ли постоянная смена страны проживания и с какого момента второй родитель начал возражать против дальнейшего пребывания ребенка за границей.
Какое значение имеет обычное место жительства ребенка
Гаагская конвенция не связывает процедуру возврата только с гражданством ребенка или его родителей. Ключевым является обычное место жительства ребенка непосредственно перед неправомерным перемещением или удержанием.
Это понятие определяется исходя из фактических обстоятельств. Значение могут иметь продолжительность проживания в конкретной стране, обучение, детский сад, медицинское обслуживание, социальное окружение, семейные связи и стабильность повседневной жизни.
Поэтому ребенок может быть гражданином Украины, но иметь обычное место жительства в Польше, Чехии, Германии или другом государстве. И наоборот, иностранное гражданство само по себе не исключает обычного места жительства в Украине.
Подробнее критерии определения обычного места жительства ребенка и международной юрисдикции мы рассматривали в отдельной публикации. В деле о международном возврате этот критерий нужен прежде всего для ответа на вопрос, с каким государством ребенок был реально связан до перемещения и куда, по общему правилу Конвенции, он должен быть возвращен.
Как работает Гаагская конвенция о возврате детей
Гаагская конвенция 1980 года создала специальный механизм сотрудничества между государствами по делам о неправомерном перемещении и удержании детей.
Каждое государство, для которого Конвенция действует, определяет центральный орган. В Украине таким органом является Министерство юстиции Украины. Центральные органы разных государств обмениваются заявлениями и документами, содействуют установлению местонахождения ребенка, пытаются обеспечить добровольный возврат или мирное урегулирование и способствуют началу судебной либо иной компетентной процедуры, если добровольно решить вопрос не удалось.
При этом важно понимать распределение ролей. Министерство юстиции не принимает окончательное решение о возврате ребенка. Если ребенка добровольно не возвращают и спор переходит в судебную плоскость, решение принимает компетентный суд или иной компетентный орган государства, на территории которого находится ребенок.
Например, если ребенка неправомерно переместили из Украины в другое государство, вопрос о его возврате по Конвенции, как правило, будет рассматривать компетентный орган именно той страны, где ребенок фактически находится. Если же ребенка переместили из другого государства в Украину, дело о возврате может рассматриваться украинским судом.
То есть Конвенция не создает отдельного «международного суда». Она устанавливает общий механизм, в рамках которого взаимодействуют центральные органы государств, а непосредственно решение о принудительном возврате принимается в соответствии с компетенцией национального суда или иного органа.
Когда Конвенция применяется между Украиной и другим государством
Первая юридическая проверка после установления страны пребывания ребенка — действует ли между этой страной и Украиной механизм Конвенции 1980 года.
Недостаточно просто увидеть название государства среди участников Конвенции. Для стран, которые присоединились к ней позднее, необходимо проверить, было ли соответствующее присоединение принято Украиной и с какой даты Конвенция действует именно в двусторонних отношениях.
Это имеет практическое значение. Два государства могут формально быть участниками одного международного договора, однако для конкретной пары государств механизм возврата может зависеть от процедуры принятия присоединения.
Отдельно проверяется возраст ребенка: процедура Конвенции прекращает применяться после достижения им 16 лет.
Поэтому перед подготовкой заявления необходимо ответить как минимум на три вопроса: где находилось обычное место жительства ребенка, где он находится сейчас и действовала ли Конвенция между соответствующими государствами на момент возникновения спора.
Если ребенка вывезли из Украины: куда обращаться и что происходит дальше
Если до перемещения ребенок обычно проживал в Украине, а сейчас находится в другом государстве, заявитель может использовать механизм центральных органов.
Заявление о возврате можно подать в Министерство юстиции Украины. В рамках конвенционной процедуры также возможно обращение в центральный орган того иностранного государства, на территории которого находится ребенок. Сама Конвенция не лишает заявителя возможности непосредственно обратиться в компетентный суд или иной орган соответствующего государства, однако порядок такого прямого обращения определяется законодательством этой страны.
Для украинского заявителя практический маршрут через Министерство юстиции обычно начинается с подготовки заявления о возврате ребенка. В нем необходимо описать обстоятельства перемещения или удержания, указать сведения о ребенке и другом родителе, страну и, по возможности, адрес пребывания ребенка, объяснить, какие права заявителя нарушены и почему предыдущим обычным местом жительства была Украина.
К материалам прилагаются документы, подтверждающие эти обстоятельства. Это могут быть свидетельство о рождении, документы о родительских правах, судебные решения или договоренности родителей, документы о проживании и обучении ребенка в Украине, переписка о цели и продолжительности поездки и другие доказательства. Конкретный пакет зависит от обстоятельств дела и требований государства, в которое направляется обращение.
После получения материалов Министерство юстиции проверяет, относится ли обращение к сфере действия Конвенции, и при наличии соответствующих условий передает его центральному органу государства пребывания ребенка.
Далее уже иностранный центральный орган действует в соответствии с Конвенцией и своим национальным законодательством. Он может уточнять местонахождение ребенка, взаимодействовать с соответствующими органами и лицом, с которым находится ребенок, содействовать добровольному возврату или мирному урегулированию спора.
Если ребенка добровольно возвращают, судебный процесс может не понадобиться.
Если добровольного возврата нет, дело переходит в судебную или иную предусмотренную в конкретном государстве процедуру. Именно компетентный орган этой страны рассматривает требование о возврате ребенка, проверяет условия применения Конвенции и возможные возражения другого родителя.
Поэтому обращение в Министерство юстиции Украины и судебную процедуру не следует воспринимать как два взаимоисключающих способа. В типичном деле они могут быть последовательными этапами одного механизма: передача заявления между центральными органами, попытка добровольного возврата и, если она не дала результата, рассмотрение дела в государстве пребывания ребенка.
Если неизвестно, в какой стране находится ребенок
Наиболее сложная ситуация возникает тогда, когда сам факт неправомерного перемещения ребенка за границу известен, но нет достоверной информации о том, в какое государство его вывезли или где он находится сейчас.
В таком случае невозможно сразу передать заявление о возврате конкретному иностранному центральному органу: сначала необходимо установить хотя бы государство фактического пребывания ребенка. Поэтому первый этап фактически становится этапом розыска и сбора информации, а уже после этого запускается процедура возврата в соответствующей стране.
Практически необходимо передать Министерству юстиции Украины максимум сведений, позволяющих проследить возможный маршрут ребенка: данные о другом родителе, его гражданстве и документах, известных адресах за границей, родственниках и близких лицах, месте работы, номерах телефонов, электронных адресах, транспортных средствах, возможных школах или детских садах, предыдущих странах проживания, информации о билетах, бронированиях и дате пересечения границы. Значение могут иметь даже косвенные сведения из переписки — например, упоминание конкретного города, учебного заведения или родственников, у которых планировалось проживание.
Отдельно целесообразно установить, через какой пункт пропуска ребенок выехал из Украины и с какими документами. Если существуют законные основания для получения соответствующей информации, сведения о пересечении государственной границы могут помочь определить направление выезда, хотя сами по себе не всегда показывают конечную страну пребывания.
Если есть основания полагать, что ребенок находится в конкретном государстве, но точный адрес неизвестен, ситуация уже проще. Заявление может быть передано центральному органу этой страны, а установление конкретного местонахождения ребенка осуществляется уже с использованием ее внутренних механизмов. В зависимости от законодательства соответствующего государства к такому поиску могут привлекаться полиция, миграционные органы, реестры места жительства, образовательные и медицинские учреждения либо другие государственные информационные системы.
Если же даже страна остается неизвестной, целесообразно параллельно проверять все реалистичные направления, которые следуют из имеющихся доказательств. Например, если другой родитель имеет гражданство определенного государства, недвижимость или родственников в конкретной стране, ранее проживал там или сообщал о намерении переехать, эти обстоятельства следует проверять в первую очередь.
После установления государства пребывания ребенка юридическая стратегия переходит на следующий этап: проверяется, действует ли между этой страной и Украиной Гаагская конвенция 1980 года, определяется компетентный центральный орган и, если добровольного возврата не произойдет, готовится соответствующая судебная процедура.
Поэтому в делах, где местонахождение ребенка неизвестно, первая практическая задача — не подача иска как такового, а установление государства пребывания и сохранение всех данных, которые могут позволить проследить маршрут ребенка.
Если ребенка переместили из другого государства в Украину
Другой сценарий возникает, когда до переезда ребенок обычно проживал за границей, а один из родителей привез его в Украину и после этого отказывается возвращать.
Заявитель, находящийся в другом государстве, может использовать механизм центральных органов: подать заявление через центральный орган государства предыдущего обычного места жительства ребенка либо обратиться в Министерство юстиции Украины. Конвенция также не исключает прямого обращения в компетентный украинский суд, если выбран именно такой процессуальный путь.
После поступления материалов в Украину прежде всего необходимо установить фактическое местонахождение ребенка. Если оно неизвестно, Министерство юстиции может взаимодействовать с компетентными государственными органами для его установления. Далее проверяются обстоятельства перемещения, документы заявителя и соответствие обращения условиям Конвенции.
Следующий этап — попытка урегулировать вопрос без принудительного судебного возврата. Лицу, с которым находится ребенок, может быть предложено добровольно вернуть его или согласовать иной законный способ разрешения спора.
Если добровольного возврата нет, вопрос переходит к судебному рассмотрению в Украине.
В таком деле суд не рассматривает в полном объеме спор о том, с кем из родителей ребенку будет лучше жить в дальнейшем. Предмет разбирательства значительно уже: было ли перемещение или удержание неправомерным в понимании Конвенции и существует ли предусмотренное ею основание не возвращать ребенка.
Заявителю необходимо подтвердить, где ребенок имел обычное место жительства непосредственно перед перемещением, какими правами опеки он обладал и осуществлял ли их фактически. Лицо, удерживающее ребенка в Украине, в свою очередь может доказывать наличие исключений из правила о возврате, например согласие заявителя на перемещение, фактическое неосуществление им прав опеки либо серьезный риск для ребенка в случае возврата.
Если суд принимает решение о возврате, следующим этапом становится его добровольное или принудительное исполнение и фактическая передача ребенка для возвращения в соответствующее государство. Поэтому уже во время судебного процесса важно учитывать не только юридические основания возврата, но и то, каким образом решение может быть реально исполнено.
Какие доказательства имеют значение в деле о возврате
Доказательства лучше собирать не по принципу «чем больше документов, тем лучше», а в зависимости от юридических вопросов, на которые должен ответить суд.
Если необходимо подтвердить обычное место жительства, используются материалы, показывающие реальную повседневную жизнь ребенка до перемещения: обучение, медицинское обслуживание, жилье, социальное окружение и устойчивые семейные связи.
Если спор возник из-за невозвращения после временной поездки, особое значение приобретает переписка между родителями. Например, сообщение о том, что ребенок едет только на летние каникулы и должен вернуться к началу учебного года, может иметь совершенно иное доказательственное значение, чем общее согласие на выезд без указания его цели и срока.
Отдельно необходимо подтвердить права заявителя в отношении ребенка. В зависимости от страны это могут быть права, возникающие непосредственно из закона, судебного решения, соглашения или иного юридического акта.
Именно связь между конкретным доказательством и условием Конвенции важнее формального количества приложенных документов.
Что меняется, если заявление подано не сразу
Время в делах о международном возврате имеет самостоятельное правовое значение.
Если процедура начата до истечения одного года с момента неправомерного перемещения или удержания, Конвенция исходит из принципа немедленного возврата ребенка, если суд не установит одно из предусмотренных ею оснований для отказа.
Если же на момент начала процедуры прошло более года, суд может дополнительно оценивать, прижился ли ребенок в новой среде. Тогда значение могут иметь его обучение, социальные связи, адаптация, стабильность проживания и другие фактические обстоятельства.
При этом важен не срок, прошедший до вынесения окончательного судебного решения, а момент, когда была начата процедура возврата.
Это хорошо видно на примере дела № 295/4672/24, рассмотренного Верховным Судом 29 июля 2026 года. Процедура была начата до истечения года, поэтому последующую адаптацию ребенка нельзя было использовать как самостоятельное основание для отказа по соответствующему положению статьи 12 только потому, что само судебное разбирательство продолжалось дольше.
Следовательно, затягивание процесса не должно давать преимущество стороне, неправомерно переместившей или удерживающей ребенка, если заявитель своевременно запустил механизм возврата.
Когда суд может не вернуть ребенка
Конвенция предусматривает исключения из принципа возврата, однако каждое из них требует конкретного доказывания.
Например, ответчик может доказывать, что заявитель фактически не осуществлял соответствующие права в отношении ребенка либо согласился с его перемещением или последующим пребыванием в новом государстве.
Другим важным исключением является серьезный риск того, что возврат поставит ребенка под угрозу физического или психического вреда либо создаст для него невыносимую обстановку.
При определенных условиях суд может учитывать и возражения самого ребенка, если он достиг такого возраста и уровня зрелости, при котором его мнение следует принимать во внимание.
При этом общего утверждения «ребенку здесь лучше» недостаточно. Конвенционное дело не должно превращаться в сравнение квартир, доходов, школ или материального положения двух родителей.
Если заявляется серьезный риск, суд должен установить, в чем конкретно он заключается, какими доказательствами подтверждается и могут ли соответствующие меры в государстве возврата устранить либо существенно уменьшить такой риск.
Что показывает актуальная практика Верховного Суда
В деле № 295/4672/24 Верховный Суд в июле 2026 года рассматривал требование о возврате ребенка из Украины в Чешскую Республику. Одним из ключевых вопросов был заявленный серьезный риск для психического состояния ребенка.
Суды исследовали психологические заключения, состояние здоровья, эмоциональные связи ребенка и конкретные последствия возможного возврата. Верховный Суд согласился с итоговым отказом в возврате из-за установленного риска, но одновременно скорректировал аргументацию относительно адаптации после истечения года, поскольку процедура была начата своевременно.
В деле № 511/4471/24, которое Верховный Суд рассматривал в октябре 2026 года, речь шла о возврате ребенка в Польшу. Верховный Суд обратил внимание на необходимость надлежащим образом проверять доводы о риске для ребенка и мотивировать применение исключений Конвенции, а не подменять этот анализ общими рассуждениями о наилучших интересах ребенка.
Практический вывод из этих дел состоит в том, что результат зависит не от самого упоминания статьи Конвенции, а от того, насколько конкретно сторона доказала факты, подпадающие под соответствующее исключение.
Можно ли параллельно подать иск об определении места жительства ребенка
Это одна из наиболее рискованных процессуальных ошибок в международных семейных спорах.
Если после неправомерного перемещения ребенка один из родителей сразу подает в новом государстве обычный иск об определении его места жительства, это еще не означает, что суд данного государства обладает международной юрисдикцией окончательно решать вопросы родительской ответственности.
Конвенция 1980 года построена именно для того, чтобы неправомерное перемещение не позволяло одному из родителей фактически выбрать более удобный суд только путем перевозки ребенка через границу.
Дополнительное значение может иметь Конвенция 1996 года о родительской ответственности и мерах по защите детей, регулирующая вопросы юрисдикции, признания и исполнения соответствующих мер.
Поэтому сначала необходимо разграничить два вопроса: должен ли ребенок быть возвращен после неправомерного перемещения и какой орган вправе в дальнейшем разрешать спор о его постоянном месте жительства.
Это не всегда один и тот же суд и не один и тот же процесс.
Что делать, если Гаагская конвенция между государствами не применяется
В такой ситуации отсутствует единый международный алгоритм, аналогичный механизму Конвенции 1980 года. Однако это не означает, что дело автоматически становится бесперспективным.
На первом этапе необходимо определить, какие правовые инструменты существуют между Украиной и государством пребывания ребенка. Нужно проверить другие международные договоры, в частности правила о родительской ответственности, юрисдикции, признании и исполнении судебных решений.
Затем необходимо установить, суд какого государства вправе разрешать спор по существу.
Если международная юрисдикция принадлежит украинскому суду, одним из возможных маршрутов может стать получение решения в Украине с последующим решением вопроса о его признании и исполнении в государстве, где фактически находится ребенок. Допускается ли такой механизм и по какой процедуре он работает, зависит от международных договоров между соответствующими государствами и законодательства страны, в которой решение должно исполняться.
Если же компетентным является суд государства пребывания ребенка, иск или иное предусмотренное его законодательством заявление подается непосредственно там. В таком процессе украинские документы, решения, сведения о родительских правах и другие доказательства используются по правилам иностранного суда.
Отдельный сценарий возникает, когда решение в отношении родительской ответственности или места жительства ребенка уже существует. Тогда ключевым вопросом может быть не получение нового решения, а возможность признать и исполнить имеющееся решение в государстве пребывания ребенка.
Поэтому при отсутствии Гаагского механизма практическая последовательность иная: сначала определяется международная юрисдикция, затем выбирается доступный судебный способ защиты, а параллельно оценивается, каким образом будущее решение можно будет реально исполнить в стране пребывания ребенка.
Именно в таких делах особенно важно координировать действия украинского адвоката с юристом соответствующей иностранной юрисдикции, чтобы не получить решение, которое фактически невозможно реализовать за границей.
Чем Конвенция 1996 года отличается от Конвенции 1980 года
Эти два международных договора связаны между собой, но выполняют разные функции.
Конвенция 1980 года прежде всего создает специальный механизм возврата неправомерно перемещенного или удерживаемого ребенка.
Конвенция 1996 года в значительной степени отвечает на другие вопросы: какое государство обладает юрисдикцией в отношении родительской ответственности и мер по защите ребенка, какое право применяется, а также каким образом соответствующие меры могут признаваться и исполняться в других государствах.
Поэтому Конвенцию 1996 года нельзя рассматривать просто как «запасной способ возврата», если Конвенция 1980 года не применяется. Ее необходимо анализировать отдельно с учетом конкретного спора и международных отношений между соответствующими государствами.
Что происходит после решения суда о возврате
Получение положительного судебного решения еще не означает фактического завершения спора.
Если родитель, с которым находится ребенок, добровольно исполняет решение, организуются его передача и возвращение.
Если решение не исполняется, начинается процедура принудительного исполнения в соответствии с законодательством государства, в котором оно должно быть исполнено. Именно поэтому еще при формулировании требований необходимо учитывать, насколько четко будущее решение будет определять обязанность вернуть ребенка и можно ли будет фактически его реализовать.
В международном деле также могут возникать практические вопросы, связанные с документами ребенка, организацией поездки, лицом, которому его передают, безопасными условиями возврата и взаимодействием органов двух государств.
Таким образом, юридическая стратегия не должна заканчиваться словами «получить решение суда». Не менее важно заранее понимать механизм его фактического исполнения.
С чего начинать в конкретном деле
Если ребенка уже переместили через границу или не вернули после согласованной поездки, прежде всего необходимо правильно квалифицировать ситуацию.
Нужно установить предыдущее обычное место жительства ребенка, точный момент возникновения неправомерного удержания, содержание родительских прав, государство фактического пребывания и международные договоры, действующие между этим государством и Украиной.
После этого становится понятно, необходимо ли запускать процедуру по Гаагской конвенции через центральные органы, готовить судебный процесс в государстве пребывания ребенка, решать вопрос международной юрисдикции либо работать над признанием и исполнением уже существующего решения.
В таких делах помощь адвоката в международном семейном споре целесообразна именно на первоначальном этапе: ошибка в выборе государства, суда или способа защиты может привести не только к потере времени, но и к появлению параллельных процессов в разных юрисдикциях.
Если же вопрос состоит не в неправомерном перемещении, а в законном определении будущего проживания ребенка с одним из родителей за границей, это другая категория споров. Такую ситуацию мы отдельно анализировали в публикации о месте жительства ребенка с отцом за границей.
Вывод
В делах о международном похищении детей главное — сначала определить правильный правовой механизм и только после этого выбирать конкретное судебное действие.
Если между Украиной и государством пребывания ребенка применяется Гаагская конвенция 1980 года, можно использовать специальную процедуру возврата: обращение через центральные органы, попытку добровольного урегулирования и, при необходимости, судебное разбирательство в государстве пребывания ребенка.
Если Конвенция не применяется, необходимо отдельно определять международную юрисдикцию, возможность использования других договоров, необходимость получения решения в Украине или за границей и порядок его последующего признания и исполнения.
Если ребенка вывезли за границу без надлежащего согласия, не вернули после временной поездки или переместили в Украину из другого государства, адвокаты АО «Грандлига» могут проанализировать обстоятельства дела, определить применимый международный механизм, оценить юрисдикцию и доказательства и сформировать правовую стратегию для возврата ребенка и дальнейшей защиты родительских прав.
